Рыбы наших вод

Ужение леща

Лещатники - самый усидчивый и терпеливый народ. Крупный лещ - любитель тишины - их добыча. Если у вас нет такого качества, то едва ли станете мастером ужения. Вашей добычей станет подлещик - при хорошей погоде он с небольшими перерывами клюет чуть ли не круглые сутки.

Очень развито летнее ужени донкой и с берега, и с лодки. Это и понятно: лещ не только донная, но и очень осторожная рыба и близко к берегу или лодке не подходит. Удят леща и поплавочной удочкой: если берег крутой, то - с него, а чаще - с лодки. Многие лещатники придерживаются такой тактики: утром и вечером ловят вблизи берега, а днем - подальше от него, с лодки. Их легко понять - днем около берега леща не встретишь. И еще: чем светлее вода и меньше глубина, тем дальше от берега или лодки надо забрасывать насадку. Если на водоеме есть течение, можно ловить и в проводку. Насадку в этом случае надо волочить по дну. На течении, пожалуй, еще интереснее ужение ходовой донкой, да и попадаются в этом случае почти исключительно крупные экземпляры.

Среди удильщиков бытует такая пословица: "Пуглив, как лещ". Она довольно меткая: во время его ловли следует соблюдать полную тишину. Например, все лишнее из лодки убрать, а необходимое положить так, чтобы всегда находилось под рукой. Иногда на борт лодки кладут тряпки или траву, чтобы не ударить о него удилищем. Во всех случаях насадка обязательно должна касаться дна. Лещатники давно заметили: чем она выше над дном, тем меньше поклевок.

Поплавок нужен длинный - такой виден издали, тонкий, легкий. Очень хорош, например, сделанный из гусиного пера, годится и пенопластовый, но имеющий такую форму бывает хрупким. И еще: если насадка растительная, нужен крючок с коротким цевьем, такой можно спрятать в ней.

Если же удят на червя, то обычно привязывают крючок с цевьем средней высоты, иначе насадку не на чем разместить.

В большинстве случаев лещ не заглатывает насадку - крючок вонзается в верхнюю губу: ведь он ее пробует и лишь потом втягивает в рот. Значит, жало крючка следует прятать - лещ может уколоться об него и выплюнуть насадку. Надо помнить, что на червя он клюет более энергично, чем на кашу. После подсечки обычно сопротивляется лишь первые секунды, а затем идет туда, куда его тянут. Крупные лещи стараются встать боком к лодке или берегу и тем увеличить сопротивление. Только иногда встречаются экземпляры, буянящие все время, пока не попадут в подсачек. Утихомирить такого следует обычным способом, принятым при вываживании: надо приподнять голову леща над водой и дать глотнуть воздуха. После этого он ложится плашмя, как доска, и покорно идет к удильщику...

Антон Антонович приехал на Можайское море в среду, за три дня до меня. Когда я субботним утром добрался до базы и спросил, где он, мне ответили:

- Еще затемно ушел на лед. Палатка там у него. Синюю палатку приятеля я знаю хорошо, поэтому легко нашел ее. Она виднелась почти на середине водоема, где раскинулся целый городок из палаток разного цвета, конструкции и материала. Когда я забрался к Антону Антоновичу, он сказал:

- Жена собирается заливное делать, так я пойду к берегу окуня на мормышку ловить. А ты оставайся здесь, в палатке. Удочки не меняй - лови моими.

- А что поймал?

- Подлещика.

- Немного.

- Клевать начнет в половине одиннадцатого, можешь быть уверен.

Приятель ушел, я огляделся. Вдоль стенки чернели три лунки, и около каждой из них на снежных холмиках лежало по удочке: пенопластовая ручка, винипластовый хлыстик, на конце - полусогнутый кивок. Одну удочку я осмотрел. Оказалось, что подо мной не менее десяти метров. На конце лески тяжелая мормышка, а в двадцати сантиметрах выше ее десятисантиметровый поводок с крючком. Насадка - мотыль.

До начала клева оставалось полчаса, когда я услышал голос Антона Антоновича:

- Понимаешь, забыл сказать, что удочки отрегулированы очень точно. Как только кивок начнет подниматься - подсекай, увидишь, что клевало на мормышку: она на дне лежит. Если же кивок начнет еще более изгибаться, тоже подсекай: поклевка на поводке. Через каждые полчаса опускай прикормку. Клев окончится в половине третьего.

В половине одиннадцатого кивок правой удочки стал выпрямляться, я подсек и вывел леща. Едва успел снять его - поклевка на левой удочке, потом - на средней. Пришлось сначала смотать одну из них, а потом и другую.

Как и сказал приятель, в половине третьего клев прекратился. Однако, если бы этого и не произошло, ловлю следовало прекратить: в клеенчатом мешке, стоявшем рядом с моим чемоданом, лежало около 5 кг леща.