Рыбы наших вод

Голый гольян

Гольян

- С полсотни поклевок было, а может, и вся сотня - разве их сочтешь,- жаловался по телефону Антон Антонович.- Изнервничался так, что хотел удочку поломать. Почему ничего не поймал? Не успевал подсечь: видать, рыба там хитрющая, а может, мелкая плотва клевала. Я оснастку несколько раз перестраивал, но это не помогло.

На речке Шерне, где он потерпел такое поражение, я не бывал. Поэтому не удивительно, что предложил приятелю вместе съездить, но он категорически отказался. Пришлось долго уговаривать, напоминать о рыбалках, на которые я ездил только по его просьбе. Ничто не помогало.

И все же утром следующей субботы мы приехали в Ногинск - старинный центр текстильной промышленности. Часа через два уже были на берегу Шерны. Это небольшая речка, петляющая по хвойно-лиственному лесу, с берегами, густо поросшими черемухой. Мы остановились там, где неделю назад ловил Антон Антонович. Всячески давая понять, что рыбалка не получится, он сразу же занялся хозяйственными делами - набрал хвороста и натянул палатку. Затем, отправляясь за грибами, с усмешкой сказал: - Желаю успеха!

Я не торопился начинать ловлю - прошел с полкилометра вверх по течению, затем столько же вниз. Только после этого выбрал место - за песчаным мысочком, поросшим осокой. Затем оборудовал удочку: к самому длинному и легкому удилищу привязал леску диаметром 0,1 мм, а к ней - самый маленький крючок, дробинку и крохотный поплавок с высоким штырьком.

Однако и после этих приготовлений не начал ловить - решил посмотреть, что делается в Шерне. Это не трудно было сделать - солнце уже поднялось высоко. Я вскарабкался на свесившуюся над водой березу и стал всматриваться. Вскоре на песчаном дне увидел два больших темных пятна. Они то становились шире, то немного перемещались влево, то - вправо. И все стало ясно: это гольян, это он издевался над моим другом.

Конечно, то, что я затем сделал, было довольно рискованно: еще ничего не поймав, позвал Антона Антоновича. Он бродил невдалеке от палатки и вскоре пришел, показал на дно котелка, где лежало с пяток подберезовиков, и спросил:

- Уже обловился?

- Нет еще, но сейчас начну ловить. И знаешь кого? Гольяна!

- За этим и звал? Поскольку ухи сегодня не будет, сварю грибной суп.

Я попросил друга обождать всего минуту и забросил насадку туда, где видел черное пятно. Поплавок тут же нырнул, я почувствовал слабые толчки, и на крючке забилась рыбка. Все еще несколько сомневаясь, посмотрел на нее и с облегчением вздохнул: на крючке действительно подпрыгивал гольян.

Потом я забрасывал червяка еще раз пять-шесть, и каждый раз на него нападал гольян.

- Червяк! - наконец сказал Антон Антонович, до этого все время молчавший.

- Что червяк?

- Я насаживал целого мотыля, а ты кусочек червя длиной всего несколько миллиметров.

Вот, оказывается, в чем причина поражения: гольян забирал в рот кончик мотыля, и после подсечки у Антона Антоновича оставался чистый крючок, а у рыбы - насадка.

Отбросив котелок, Антон Антонович торопливо переделал оснастку своей любимой удочки и через секунду держал в руках гольяна. Клевал он весь день. Притом надежно - сходов почти не было.

Вечером мы сварили уху. Вы сомневаетесь, что гольян пригоден для такого блюда? По вкусу он не уступает пескарю, а особенно хорош жареный. На севере европейской части нашей страны и в Сибири гольян - объект местного промысла.